Общероссийская общественная благотворительная
организация инвалидов — жертв политрепрессий

Российская ассоциация жертв
незаконных политических репрессий
Новости ::: Вопрос-ответ ::: Поиск по сайту

Новости

30/11/2019 27 лет назад Конституционный суд России прекратил деятельность и распустил КПСС(ВКПб), имевшую кровожадное и бесчеловечное руководство в лице Политбюро и ЦК КПСС.

СУД НАД КПСС

КПСС никогда не была просто партией, как все прочие. Она и не стремилась к этому. Она стремилась не к участию в осуществлении государственной власти, а к ее захвату. Она добилась не просто контроля над государством; во всех отношениях, кроме названия, она была государством. =Маргарет Тэтчер.

Из заявления от 06.07.92 по поводу слушания в Конституционном суде дела о КПСС. Мы говорим "партия", подразумеваем - "государство". =В. Селюнин

    Крах коммунистической партии, сумевшей, казалось, заполнить собой все поры общества, подчинить себе все государственные структуры, изгнать и подавить всякое инакомыслие, был как гром среди ясного неба, хотя симптомы самораспада обнаруживались давно, и тем не менее опирающаяся на почти двадцатимиллионную армию своих членов компартия казалась несокрушимым монолитом. Страшно было даже подумать о том, что его можно поколебать и разрушить. Со времен Сталина казалось (да так оно и было на самом деле), что компартия может делать со страной все, что придет в голову ее выжившим из ума престарелым руководителям. И вдруг на наших глазах все это стало рушиться как замок, построенный из песка.

Это был один из самых грандиозных социальных катаклизмов, сравнимый по масштабам и последствиям лишь с распадом Древнего Рима. Но там агония длилась более столетия и под напором внешних сил, а здесь все произошло мгновенно и вследствие внутренней реакции самораспада.  Когда пыль осела и первое потрясение прошло, на смену ему пришло чувство удивления тому, что из всей многомиллионной армии коммунистов не нашлось ни одного, кто поднял бы голос в защиту коммунистических идеалов и марксистско-ленинской идеологии. Вероятно, потому, что идеалов уже не было и король, сам не подозревая об этом, давно был голым. И тем не менее многое в этой истории до сих пор остается непонятным и носит мистический характер: как быстро и, главное, бескровно рухнуло столь тщательно, семьдесят пять лет возводимое здание власти! А ведь коммунисты сумели создать самую уникальную в истории человечества систему власти, в которой невозможно было определить, кто угнетатели, а кто угнетенные. Все в этой системе власти выступали попеременно и в том, и в другом облике. Швейцар, шофер такси, водопроводчик, паспортистка и любой другой самый мелкий чиновник или рабочий имели свою долю социальной власти, выражавшуюся в возможности безнаказанно унизить любого человека, хотя бы на минуту оказавшегося в какой-то зависимости от него. Равенство в бесправии на повседневном житейском уровне поддерживало иллюзию всеобщего равенства, о котором денно и нощно твердила коммунистическая пропаганда на всех уровнях. Неочевидность власти, неясность, кто конкретно принимает то или иное решение, - лишь следствие сознательного стремления партноменклатуры (вплоть до высших звеньев) избежать бремени ответственности - стремления, истоки которого в подсознательном ощущении незаконности и даже преступности своей власти. Отсюда рождение известных формул при принятии решений: имеется мнение, существует указание и т. п. - без расшифровки, чье мнение, откуда указание. Партийная номенклатура (включая Ленина и даже Сталина) всегда боялась ответственности за содеянное. Поэтому, когда за провалом коммунистического путча в августе 1991 года последовал запрет на деятельность КПСС, естественно возник вопрос о расследовании и обнародовании всех преступлений коммунистической партии против своего народа.

Мысль о судебном преследовании коммунистической партии, узурпировавшей власть, поправшей все законы человеческие и божеские, принесшей неслыханные страдания народу, заплатившему десятки миллионов жертв во имя построения "светлого" будущего, - такая мысль казалась совершенно естественной. Тем более что уже есть исторический прецедент международного Нюрнбергского трибунала, объявившего преступной гитлеровскую партию и поставившего нацистов вне закона. Этого как раз и боялась та партийная элита, у которой руки были по локоть в крови, а нарушения законов вообще в расчет не принимались.

К тому же были и более свежие примеры привлечения к суду руководителей "братских" компартий в Германии, Болгарии, Чехии, Румынии. Некоторые из лиц, причастных к организации путча, так перепугались, что лишили себя жизни после его провала, и, по иронии судьбы, напрасно. Потому что в новой России никто и не помышлял о том, что КПСС следует судить и объявить преступной организацией. Новое руководство России было слишком связано с нею - можно сказать, вышло из недр компартии.

Когда прошел первый испуг и номенклатурная рать увидела, что ничто ей не угрожает, она стала смелеть день ото дня. Сначала бывшие функционеры довольствовались тем, что снова получили должности в разных присутственных местах, а потом, почувствовав свою силу и поддержку со стороны большей части депутатов Верховного Совета, перешли в наступление. Первым пробным шаром было обращение ряда депутатов-коммунистов в Конституционный суд с требованием признать незаконными, неконституционными указы Ельцина о запрете деятельности КПСС и Коммунистической партии (КП) РСФСР, а также об имуществе названных организаций. Так, 7 июля 1992 года начался этот судебный фарс, условно обозначаемый мною как суд над КПСС, хотя настоящего суда, собственно говоря, и не было. Давайте вспомним, как все происходило.

Действующие лица и исполнители:

Судьи: члены Конституционного суда во главе со своим председателем В. Д. Зорькиным. Все без исключения бывшие коммунисты. Некоторые из них (подобно судье-докладчику В.О. Лучину) с первого дня процесса не скрывают своих партийных пристрастий, а председатель суда - своего желания активно вмешиваться в политические процессы, что в последующем и привело к дискредитации Конституционного суда и его роли в системе властных органов государства.

Ходатайствующая сторона: группа народных депутатов России в составе тридцати семи человек, среди которых нынешний председатель Государственной думы И.П. Рыбкин, летчик-космонавт В.И. Севастьянов, лидер Аграрной партии М.Н. Лапшин и другие (в основном товарищи с солидным номенклатурным прошлым), подавшие 27 декабря 1991 года ходатайство о незаконности и проверке конституционности указов Президента России: от 23 августа 1991 года "О приостановлении деятельности Коммунистической партии"; от 25 августа 1991 года "Об имуществе КПСС и КП РСФСР" и от 6 ноября 1991 года "О деятельности КПСС и КП РСФСР".

В качестве представителей стороны, обратившейся в суд, были привлечены бывшие секретари КПСС и КП РСФСР Ивашко, Купцов, Мельников, Калашников, Зюганов, а также профессора-юристы, пожелавшие защищать позиции Коммунистической партии.

Был уведомлен о явке в качестве официального представителя КПСС ее последний Генеральный секретарь М. С. Горбачев, который от участия в процессе в этом качестве отказался.

Позднее, в сентябре 1992 года, Конституционный суд пытался вызвать Горбачева в качестве свидетеля и даже оштрафовал его за неявку. Как известно, Горбачев в суд так и не явился, последовательно соблюдая заложенную Лениным традицию отказа от явки в суд руководителей компартии, которая с самого начала своей деятельности поставила себя выше суда и закона.

Сторона, издавшая акты, конституционность которых оспаривается (так официально в документах Конституционного суда именовались представители Президента России): Бурбулис, Шахрай, Федотов, а также народные депутаты России Котенков, Румянцев, Безруков, подавшие встречное ходатайство по вопросу о признании неконституционными КПСС и КП РСФСР.

Первое заседание суда состоялось 7 июля 1992 года, постановление Конституционного суда по этому делу было вынесено 30 ноября 1992 года. По сути дела все заседания суда были посвящены обсуждению конституционности (а следовательно, законности) двух санкций, содержащихся в этих указах: 1) деятельность КПСС и КП РСФСР прекратить, а организационные структуры распустить; 2) имущество, находившееся в распоряжении или пользовании партийных органов и организаций, объявить собственностью государства.

© 2006 Российская ассоциация жертв незаконных политических репрессий