Общероссийская общественная благотворительная
организация инвалидов — жертв политрепрессий

Российская ассоциация жертв
незаконных политических репрессий
Новости ::: Вопрос-ответ ::: Поиск по сайту

Новости

08/01/2018 Под угрозой репрессий Рождество в городах отмечали, тщательно занавешивая окна и ставя елку в... шкаф
Анатолий МАКАРОВ, исторический обозреватель «ФАКТОВ»:

В ночь на 25 декабря советских служащих заставляли ходить по улицам, выслеживая тех, кто устраивает запрещенный праздник.

В 1918 году в стране Советов ввели новый календарь — григорианский (после 31 января сразу наступил день 14 февраля), и с празднованием Рождества началась большая неразбериха. Одни отмечали его по старинке — 25 декабря, то есть перед Новолетием, традиционно исчислявшемся от Рождества Христова. Другие ставили елки на «настоящее» Рождество, когда по советскому календарю было уже 7 января. Путаница усугубилась после того, как ввели новый праздник — «пролетарские святки», день рождения советской власти. Но отмечали эти «святки» почему-то не 7 ноября (как это делалось позже), а 25 декабря, то есть на Рождество Христово по старому стилю. Понимая, что взрослая часть населения не воспримет новых «святок», партия взялась за детей и подростков. И уже в 1922 году, как пишет историк новогодних обрядов Елена Душечкина, «была проведена кампания за преобразование дня Рождества Христова в „комсомольское рождество“ (или иначе — „комсвятки“). Комсомольские ячейки должны были организовывать их 25 декабря по новому стилю, которое огласили нерабочим днем». В первый день «святок» читали доклады, разоблачавшие «экономические корни» рождественских праздников, ставили сатирические пьесы, исполняли комсомольские песни на церко вные мотивы. На второй день проводились уличные шествия-карнавалы, участники которых рядились в костюмы Антанты, Колчака, Деникина, кулака, нэпмана, в языческих богов и даже в рождественских гуся и поросенка. На третий день в клубах, школах и детских домах устраивались елки, получившие название «комсомольских».От одиозных «комсвяток» в истории Киева остались лишь смутные воспоминания. Молодежь выходила на улицы с чучелами святых, митинговала и, войдя в раж, сжигала «богов» на сучьях рождественских елей... В 1929 году власть признала Рождество контрреволюционным праздником и запретила. 25 декабря стало рабочим днем. Елки из школ и училищ окончательно исчезли. А вместо «комсвяток» для детей стали устраивать «антирождественские вечера». Школьники смотрели сатирические пьесы о священниках, декламировали антирождественские агитки, в том числе стихи одного советского поэта: «Только тот, кто друг попов, елку праздновать готов».Теперь в ночь под Рождество (с 24 на 25 декабря) советских служащих начальство заставляло ходить по улицам и выслеживать тех, кто отмечает запрещенный праздник. Ослушников ожидали большие неприятности. Можно было потерять работу и даже попасть за решетку. Но отучить горожан от Святок было почти невозможно. Под угрозой репрессий они устраивали елки тайно, тихо: без музыки и пения, с тщательно завешенными окнами. «На Рождество, — писала племянница Михаила Булгакова о быте его киевских родственников, — у нас ставили большую, высокую пушистую елку. В те годы она была запрещена, так как считалась частью религиозного обряда, но дядя Костя Булгаков (двоюродный брат писателя. — Авт.) ездил за ней в деревню, привозил ее упакованную в одеяла на розвальнях, проносил на кухню по черной лестнице, стараясь быть незамеченным. В столовой завешивали окна, чтобы елку не было видно с улицы. Потом наступало самое интересное: комнату освобождали от мебели и в центре ставили елку, которая, как правило, упиралась верхушкой в наш высокий лепной потолок. Ее украшали игрушками, сделанными членами семьи. Самым активным мастером была Вера Афанасьевна (тетя Вера), научившаяся этому искусству на фребелевских курсах. Все садились за большой обеденный стол, и работа закипала. Игрушки делали из картона, ваты, цветной бумаги и тонких золотых и серебряных листочков, которыми обклеивали грецкие орехи».Иногда горожане ставили елку... в шкаф. Но, разумеется, не ради сюрреалистических эффектов. Ее просто прятали от посторонних глаз. Таковы были правила «тайного» Рождества в 1920-1930-х годах... 

http://fakty.ua/user_uploads/images/articles/2012/12/25/156786/snez1930%20.jpg

Вопрос об отмене непопулярного запрета решался в узком кругу партийных вождей. Искали подходящий повод, и вскоре он представился. После перевода столицы Украины из Харькова в Киев в 1934 году здание, занимаемое прежде Центральным комитетом Компартии, реконструировали и передали харьковским властям для устройства в нем первого в стране Дворца пионеров. Его интерьеры к концу 1935 года оформил известный художник-авангардист Василий Ермилов, который придерживался конструктивистского стиля, избегал всяких «излишеств» и украшений. Но, увы, не только дети, но и взрослые чувствовали себя в этом «дворце» (а лучше сказать, казарме) неуютно. Надо было чем-то наполнить бездушное пространство, внести элементы живой природы, сказки, фантазии. Тем более что открытие Дворца пионеров связывалось с Новым годом.

*Хотя по приказу Сталина во дворцах пионеров, детских домах, садиках и клубах снова стали проводить елки, они были уже не рождественскими, а новогодними.    Фото из архива Анатолия Макарова. В этой ситуации партийное руководство Украины и вспомнило о елке. Только она могла спасти праздник в суровых стенах нового «дворца». С этой мыслью украинское руководство поехало в конце декабря 1935 года на пленум ЦК ВКП(б) в Москву, рассчитывая поднять вопрос на традиционной встрече со Сталиным. И действительно, судьба рождественской елки решилась с благословения самого генсека, в те годы упорно пытавшегося приобрести популярность в народе. =http://fakty.ua
© 2006 Российская ассоциация жертв незаконных политических репрессий